Травма несправедливости

что такое травма несправедливости

Ленд Крузер работает на солярке. Мерседес на бензине. А эта травма работает на правилах.

И правильно — не значит хорошо. Правильно значит по правилам.

Её же называют травмой несправедливого отношения — это одно и то же, одна из пяти травм детства

откуда она берётся

Из детства, где было много требований и мало тепла. Где хвалили за результат, а не просто так. Где замечали не то, что сделано, а то, что недоделано.

Ребёнок нашёл выход: если всё делать правильно, придраться будет не к чему.

И стал жить по инструкции

маска ригидного

У каждой травмы есть маска — способ, которым человек закрывается. У травмы несправедливости она называется «ригидный». Ригидность — это жёсткость, негибкость. Не характер, а способ держаться: спина прямая, голос ровный, лицо ничего не выдаёт.

Жёсткость видна в двух местах. В осанке — человек буквально не гнётся, он собран даже дома. В правилах — есть «как надо», и отступать нельзя ни самому, ни другим, поэтому нарушенное правило выводит из себя, даже если оно никого вокруг не касается. И в требованиях к себе: сначала к себе, потом уже ко всем остальным. Со стороны это читают как перфекционизм и холодность. Изнутри это просто порядок, в котором не к чему придраться, — тот самый список «как надо», найденный в девять лет и работающий до сих пор.

Сам термин «ригидный» не авторский, он из общей типологии. Разбор на этой странице свой: маска здесь не диагноз, а описание того, как выглядит человек, которому нельзя показывать чувства

признаки травмы несправедливости в отношениях

Вы не показываете чувств. Не потому что их нет.

Проявить чувство — значит стать уязвимой. Сказать «мне больно» — всё равно что вложить пистолет в руку врагу.

Вы держитесь. В самой тяжёлой ситуации вы держитесь, и все вокруг считают, что вам легко.

Вас выводят из себя нарушенные правила. Даже те, которые вас не касаются.

Вы критикуете и не понимаете, почему на это обижаются. Для вас критика — это инструмент, а не цель. Это ваш язык любви, просто он не читается как любовь.

И вы можете месяцами копить, ничего не говорить, а потом уйти с формулировкой, которую партнёр не поймёт, потому что для него ничего не происходило

или по правилам, или наотмашь

Один держит правила и требует их от всех.

Другой сбегает от любых правил и живёт наотмашь.

Второй тоже про правила. Он просто воюет с ними вместо того, чтобы соблюдать

в чём здесь безопасность

Человеку с этой травмой спокойно, когда никто не знает, что он чувствует.

Да, вот так.

Он не испытывает стыд. Он боится его испытать и строит жизнь так, чтобы не пришлось.

Если требовать, чтобы он открыл душу, он не откроет её никогда. И лучше не станет, потому что вы будете судить его по себе. А по себе судить нельзя, у вас разные травмы

обратная сторона

Рядом с такими людьми без денег не останешься.

Они уверены. Правда, уверены не в жизни, а в своём огородике, где выучили все правила. Но внутри этого огородика им нет равных.

Им нужно, чтобы их оценили. И оценивают обычно высоко

через что вами управляют

Кнопка здесь одна: указать на ошибку. Не «ты плохой», а «ты сделал неправильно». Этого достаточно, дальше человек всё сделает сам.

«Как ты мог» бьёт в стыд, это другая травма. «На паспорт такое нельзя» бьёт в правило, и это сюда.

Второй рычаг — наказание молчанием. Не уход и не крик, а молчание. И человек придёт мириться — уже правильным. Мы плохо переносим, когда с нами перестают разговаривать.

Первым это делает родитель того же пола, и включается всё в момент, когда он видит ошибку. Проигнорирует, накажет молчанием, а потом всё равно заставит переделать. Примет, только когда работа будет сделана правильно.

Взрослым управляют так же, только вместо родителя это делает любой уверенный человек с правилом в руках. Не приказ, а «так не положено». Есть известный ролик, где девушка целый день изображает начальницу и раздаёт указания незнакомым людям — охраннику, уборщику, продавцам. И ни у кого не возникает вопроса, кто она такая.

Ломать таких людей бесполезно, они закрываются. Их размягчают: неделю, две, со спорами, пока не согласятся.

что эта травма делает с деньгами

Рядом с этой травмой деньги обычно есть. Только зарабатывает их часто не сам человек, а тот, кого он не отпускает: критикует и тут же говорит, как надо сделать. Не отстаёт.

Деньги уходят на образ. Одни пашут, чтобы держать планку и не ударить в грязь лицом. Другие, наоборот, не рискуют и живут скромно, придумав себе планку интеллигента, за которую держатся.

Потолок дохода здесь задаёт привычная норма. К чему привыкли, к тому и вернётесь, если перестанете себя гнать. И ниже своей нормы вы не упадёте: плюхнетесь и выровняетесь.

А режет доход перфекционизм, и режет буквально. Вы заботитесь об идеале вместо того, чтобы делать дело. Ролик на минуту, семьдесят второй дубль, потом ещё три дня раздумий — и ролик так и не вышел.

Разница простая. Протирать кружку и любоваться ею — одно. Пить из неё кофе — другое. У кружки есть задача.

И самое важное про выбор дела. Мотив здесь не деньги и не удовольствие, а справедливость. Отсюда «везде вижу подвох» и смена работы каждые два года. Если мотив честно назвать, становится понятно, куда идти: туда, где справедливость и есть содержание работы.

кого эта травма выбирает

Каноническая пара — с травмой предательства. У женщины с несправедливостью есть план и видение, как должно быть, у мужчины с предательством — силы и умение идти. Ему лишь бы работать, а ей есть куда его направить.

Такая женщина притягивает того, кому не хватает образа. Она даёт картинку идеальной семьи и его самого в ней. Он получает не инструкцию, а того, ради кого стоит стараться.

Но пока человек не разрешил себе быть неидеальным, к нему подходят только неидеальные. Он их и забракует, всех подряд. Не потому что не везёт, а потому что планка выставлена сразу и для себя, и для других.

Мужчина с этой травмой оценивает партнёршу по тем же правилам, что и себя, и она никогда не дотянет. Это устроено так намеренно: чтобы потом было за что её отпустить.

А те пары, которые живут долго, устроены иначе. Он ходит по дому и всех строит, а она снимает это на видео, и ей всё равно. Она в тефлоне.

И ещё одно, чего почти никто не понимает со стороны. Такие жёны не хвалят. В их мире сам выбор уже всё сказал: я тебя выбрала, потому что ты лучший, что тут ещё добавить.

момент, когда сценарий включается

Точка запуска — оценка не по справедливости. Не «со мной поступили плохо», а «оценили не то». Похвалили не за то, что стоило труда.

Ребёнок за день подмёл двор, вымыл полы в четырёх комнатах, убрался в сарае. Отец приехал вечером и сказал одну фразу: «а перед воротами ты не подмёл». Это единственное, что мальчик услышал за весь день.

Второй триггер — сорвавшийся план. Не «плохо», а «не так и не вовремя». Столик забронирован за месяц, всё обсуждено, а выйти вовремя не получилось — и день испорчен целиком, хотя опоздание ничего не меняло.

Третий — встреча с неизвестным, к которому нельзя было подготовиться. Экспромт здесь почти невозможен, потому что страшно выглядеть некрасиво.

Как поймать себя задним числом: по отложенному ответу. Вы приходите домой и заново проигрываете весь диалог, находя те слова, которые надо было сказать. Это не мазохизм, мозг просто готовится к следующему разу.

И самый честный маркер — микробыт. Упавший в душе тюбик, который вы не смогли не поднять. Незакрытая крышка от крема, из-за которой начинается настоящая паника, хотя глаза уже намылены. Вот там травма и видна лучше всего.

как проработать травму несправедливости

Об этом спрашивают чаще всего: как проработать. Слово плохое: проработать можно смену на заводе. Но вопрос правильный, и ответ такой.

Посмотрите на свой список «как надо». Он длиннее, чем кажется.

И чем точнее вы знаете, как всё должно быть, тем страшнее вам за будущее. Потому что будущее обязано совпасть со списком, а оно не обязано.

Ломать здесь нельзя никого: ни себя, ни тех, кто рядом. Можно только показать, что мир шире огородика

Разобрать это до дна — отдельная работа: как травма включилась, что она забрала и какую силу держит. Ей посвящена программа «5 священных травм»: пять лекций и восемь семинаров с разборами.