Тест на тип привязанности

Девушка встречает молодого человека. Нормальный.

Однажды он при ней наругался на официанта. Ни за что. А с ней очень любезен. Ну, наверное, ошибка.

Потом она слышала, как он по телефону рассказывает про своего друга неприятные вещи. А другу в лицо этого не говорит. Ничего страшного, подумала она. Порепетирую, потренируюсь.

«У меня одна и та же история про девушку, — говорит Стас. — Я рассказываю одну и ту же историю. Это реальная история. И таких у меня просто сотни».

Ты их не привлекаешь. Ты их видишь

Обычно на вопрос «почему опять он» отвечают четырьмя типами привязанности: надёжный, тревожный, избегающий, тревожно-избегающий. Тип подскажет, что ты делаешь в паре. Почему тебя тянет именно к этому человеку, он не скажет.

Стас отвечает иначе. Мы тяготеем испытывать те чувства, образцы которых получили в детстве. То, как меня любили мама и папа, как они любили друг друга, — это для меня теперь любовь. И туда попало всё: и тепло, и критика, и вина. Получился коктейль. Теперь мне нужен ровно этот коктейль. Если в нём не будет вины или критики, я буду чувствовать себя очень некомфортно.

Поэтому «я привлекаю одинаковых» — неправда. Ты их не привлекаешь. Ты их просто видишь. Из ста человек ты увидишь свою семёрочку, которая точно заставит мотать сопли на кулак.

И зона комфорта — в ней некомфортно. В ней привычно. Зона привычки, вот как это должно называться.

Дело не в травме, а в уровне

На разборе Стаса спросили: а покинутым кто подходит по травмам?

Он ответил: да все друг другу подходят идеально.

Это не отговорка. Люди собираются в пары не по травмам, а по уровням силы. Уровней четыре, и это не про возраст, а про мотив: ребёнок, подросток, юноша, взрослый.

Ребёнку важно отсутствие ответственности и удовольствие — эмоциональное или телесное. Подростку важен статус: чтобы стая не отвергла, чтобы уважали. Юноша хочет воодушевляться, но ему не хватает духа принимать решения — он планирует, бросает и планирует заново. А взрослый, встречая сложность, почти не реагирует и действует: решает, не реагируя.

И вот главное. Каждая травма может быть на любом из этих четырёх уровней. Одна и та же пара травм на разных уровнях — это четыре совершенно разные жизни.

Поэтому твой результат выше — это не приговор и не диагноз. Он говорит, какое чувство тебе привычно. Он ничего не говорит о том, с кем тебе можно жить.

Слова самого Стаса: чтобы была совместимость, два человека должны как минимум подняться из минусов травмы в плюсы и ещё и не пытаться поменять друг друга. Вот рецепт совместимости. Любые, просто вообще. Берём двоих: сначала они перестают себя обвинять, потом перестают обвинять друг друга — и у них совместимость.

Из чего бывает коктейль

Недооценённость. Ты что-то сделал и ждал оценки, а тебя не оценили. Привык. Теперь рядом нужен тот, кто будет недооценивать: жизнь — это когда меня недооценивают, а я пру вперёд.

Ненужность. Где-то стало ясно, что просто так тебя тут нет, ты есть, пока полезен. Стас называет это сжатой пружиной: сколько раз надо было окунуть человека в стыд, чтобы он теперь оставался только там, где чувствует себя полезным.

«У него есть кое-что поинтереснее». Отец мог и не уходить из семьи. Его могло быть просто мало дома. Ребёнок привыкает не к отцу, а к чувству. Теперь нужен человек, у которого тоже будет кое-что поинтереснее.

Слабый рядом. Тебе дохляк нужен, чтобы чувствовать себя сильным и независимым. Стас на это говорит: я стою на перекрёстке и спрашиваю — вам куда, туда, где удовольствие? А человек отвечает: нет, мне сильно и независимо. Ну, тогда вам сюда, тут дохляки.

Кислинка. Про девчонок, которые в школе влюблялись в идиотов, он сказал: ей тоже нужно туда, где она будет чуть-чуть чувствовать кислинку. Ровное без горечи кажется мёртвым.

Ни одна из этих пяти привычек не поломка. Каждая когда-то помогла ребёнку прожить рядом с теми взрослыми, которые были. Вопрос только в том, кто выбирает сегодня — ты или привычка.

Какой это тип привязанности

В ответе теста три вещи: чувство, которое ты принимаешь за любовь, диаграмма из пяти чувств в процентах и тип привязанности, к которому ты ближе.

Тип говорит, что человек делает в паре, а чувство — зачем. Пять чувств на четыре типа не ложатся один в один, но сходство видно.

Тревожный. Сюда ближе всего «у него есть кое-что поинтереснее», недооценённость и ненужность. Во всех трёх любовь приходится дождаться или заслужить: тянет к тому, кто занят, кто не оценит, при ком надо быть полезным. У Стаса для тревожного есть другое слово. Разбирая мем с подписью «тревожник», он поправил: «Здесь надо написать покинутый». Подробнее — тревожный тип привязанности.

Избегающий. Сюда ближе всего «слабый рядом». Опираться можно только на себя: решать за двоих, быть сильнее, ни от кого не зависеть. Так спокойнее. Подробнее — избегающий тип привязанности.

Тревожно-избегающий. Сюда ближе всего кислинка. Близость после крупной ссоры, скука от ровного, важность человека по тому, как сильно он может задеть. Любовь узнаётся по качелям: ссора, расстояние, и снова близко.

Надёжный. Сюда ближе всего ответ «коктейль ты уже видишь»: ни одно чувство не набирает больше половины. Надёжного типа у Стаса нет. Травмы есть у всех, разница в уровне силы. На надёжность больше всего похоже то, что он называет «Я окей, ты окей»: у человека нет претензий ни к себе, ни к другим. Про все четыре типа — типы привязанности через травмы.